Главная >> Общество >> Сердце матери
25 | 06 | 2018
Сердце матери
Автор: Administrator   
21.02.2018 09:36

мельникова гладышевскаяУ войн, даже самых маленьких, есть свидетели. Тысячи свидетелей. И это не только сами ребята, отважно прошедшие сквозь горнило боев. Ежедневно, ежечасно рядом с ними душой и сердцем были их близкие.

Что чувствует мать, чей сын ушел на войну? Как передать словами тревогу и волнения, когда он вдруг перестал писать письма? Чем измерить боль материнского сердца при известии, что с сыном случилась беда? И как при этом не потерять рассудок, продолжать мыслить здраво, быть сильной, чтобы ждать, несмотря ни на что, дождаться и потом еще долгие годы помогать, быть опорой и утешением. Пожалуй, никто не знает об этом, кроме самих матерей.

Виталий, старший сын Нины Алексеевны Мыльниковой, рос обычным мальчишкой: в чем-то безрассудным и отчаянным, в чем-то бесшабашным, но она всегда была уверена - ее мальчик добрый, сильный, справедливый, каким и должен быть настоящий мужчина.

На фото: Нина Мыльникова

Учился Виталий в школе № 1, где его прекрасно помнят учителя, после школы, как и многие его сверстники, отслужил в армии, благополучно вернулся домой, устроился на работу в Новосибирске в органы внутренних дел. А однажды приехал домой на выходные и сказал, что едет в командировку в Чеченскую республику в составе группы сотрудников милиции. Ничего страшного не произойдет, все будет хорошо, вместе с ним – его товарищи по службе, и это далеко не первая командировка – такая работа, что приходится следить за порядком не только на родине, но и помогать тем, кто в этой помощи нуждается. Эта командировка Виталия продлилась два месяца. Как и обещал, парень вернулся из нее благополучно, к огромной радости близких, со словами «Ну что вы волновались? Я же говорил, что все будет хорошо!»

В 2001 году Виталию предстояла новая командировка – уже на три месяца. Так жизнь для Нины Алексеевны превратилась в череду тревожных ожиданий. Ее мальчик - возмужавший, широкоплечий мужчина с обветренным лицом, неизменно возвращался, обнимал мать и успокаивал. Но чувство покоя было всякий раз недолгим. На следующий год Виталий снова сообщил о предстоящей поездке.

- Я как раз сильно заболела, была очень высокая температура, переживала, как же в таком состоянии его провожу. А он меня, как всегда, успокаивал, говорил, что провожать не надо, что это обычное дело, сам уже большой мальчик. Сейчас пойдет на вокзал, а там – самолет. Поплакала, обняла на прощанье, и он ушел, сказав, чтобы поправлялась, не болела. И как только за ним закрылась дверь, я не знаю, что со мной случилось. Такое страшное волнение, какого до этого раза и не было. Через несколько минут я вскочила с кровати и бросилась за сыном. Помню смутно, что происходило. Остановила какую-то машину, попросила довезти меня до вокзала. Пригородный электропоезд уже стоял на перроне. Я бегала по вагонам, сломя голову, искала, боялась, что не найду, не успею. Когда сын увидел меня, конечно, испугался, говорит: мол, ну что ты, мама, волнуешься, я ж не маленький. А я понимаю, что не маленький, но сердце в тот момент так щемило, так было больно. И все, что я успела тогда – дала ему с собой иконочку, совсем маленькую, схватила ее в доме в последний момент. Говорю: носи ее всегда с собой, мне здесь спокойнее будет. И Виталик пообещал, что послушается.

виталий мыльниковСын звонил матери, как только появлялась возможность. А месяца через два раздался другой звонок, пугающий. На том конце провода – чужой голос, строгий и одновременно взволнованный. Представился: генерал такой-то, начальник сына. Рассказывает: вместе с товарищами Виталий выполнял задание. Нужно было доставить в Шатой, в прокуратуру задержанного ранее боевика для дачи показаний. В машине находилось семь человек. Задание выполнили. Но когда возвращались назад, случился камнепад. Возможно, он был спровоцирован – такое часто случалось в горах.

Машина, в которой находились ребята, сорвалась в пропасть, стремительно полетела вниз. От удара о камни ее кузов разорвало. Ребята, находившиеся внутри, вылетали на ходу и продолжали падать. 86 метров пролетел Виталий, сжав в руках автомат, словно ища в нем последнее спасение, надеясь на чудо. И чудо случилось – иначе это и не назовешь. Летел вниз, ударяясь о камни, вдруг остановился на крохотном пятачке, поросшем кустарником.

Их выжило всего двое – Виталий и еще один паренек, совсем молоденький. Когда ребят нашли, пальцы Виталия все так же сжимали автомат, чтобы их разделить, пришлось постараться. Парней отправили в госпиталь во Владикавказ. Нину Алексеевну предупредили, что ехать в Чечню родным не стоит, ведь скоро его переведут в другой госпиталь, уже дома, в Новосибирске. А потом новый звонок: Виталий отказался ехать в Новосибирск и хочет остаться в строю, чтобы закончить службу вместе со своими товарищами.

Время шло. Подходил к концу срок контракта. И новый звонок, извещающий о новой беде. Группа обнаружила взрывчатку, заложенную боевиками. Ожидать минеров не было возможности, ребята решили действовать самостоятельно. И Виталий сделал это удачно, но рядом с тем местом была еще одна растяжка, оставшаяся незамеченной. Взрыв стоил парню трех фаланг на руке и множества осколочных ранений.

И снова госпиталь – теперь в Новочеркасске. Теперь уже никакие заверения Нину Алексеевну остановить не могли. Родные немедленно выехали.

- Я рвалась к нему всем сердцем, но одновременно боялась увидеть. Сынок был весь забинтованный, а что там под этими бинтами – одному богу было известно. Мы его забрали домой почти беспомощного. Он самостоятельно ничего не мог взять, на руке осталось всего два пальца. Но о том, чтобы уйти с работы, он и слышать не хотел, все твердил, что стрелять он сможет, двух пальцев ему для этого хватит. Он долго занимался. Я удивлялась его выдержке. Он подтягивался, тренировался, поднимал этой рукой тяжести. Справился. И остался работать.

витал гладышевскийЗа образцовое выполнение служебного долга в период проведения контртеррористической операции по разоружению бандформирований на территории Чеченской Республики, проявленные при этом мужество и умелые действия в условиях, сопряженных с риском для жизни, старший сержант милиции Виталий Гладышевский, милиционер роты ППМС Железнодорожного РОВД г. Новосибирска в порядке поощрения был представлен к присвоению очередного звания «старшина полиции», на ступень выше спецзвания, предусмотренного занимаемой штатной должностью. Как сообщает в письме матери начальник ВОВД Итум-Калинского района, полковник полиции Е. Коробкин, за пять месяцев службы при непосредственном участии В. Гладышевского было проведено 23 специальных операции, в результате которых было изъято 5 единиц огнестрельного оружия, 12 гранат, 4 самодельных взрывных устройства и более 1800 боеприпасов различного калибра.

Вернувшись на родину, Виталий продолжил службу, чуть позже закончил Барнаульский юридический институт МВД России. В прошлом году ушел на пенсию.

Нина Алексеевна и сейчас, спустя много лет после тех событий, полностью не может избавиться от тревоги и волнений. Материнское сердце принадлежит не только ей одной. Пока она жива, в нем вмещаются все ее дети. Человек рожден, чтобы быть нужным. Родные сыновья выросли, живут своей жизнью. А в материнском сердце нашлось место для других детей – когда-то обделенных любовью и заботой. В семье Мыльниковых сейчас воспитываются три приемных дочери. Старшая, Карина – студентка, учится в Новосибирске на модельера, Снежана учится в Чулыме в аграрном колледже, младшая Кристина – школьница. С девчонками проблемы совсем другие. Но ей, сильной женщине, пережившей в свое время такие страшные испытания, под силу справиться со всем.

Елена КРОХТА. Фото из семейного архива

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции "Чулымской газеты"


 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить